Category: общество

Суд запретил хождение в Подмосковье альтернативных дензнаков – "колионов"

В Московской области суд признал незаконным оборот денежных суррогатов, которые ввел местный предприниматель, давая возможность клиентам совершать у него покупки с отложенной оплатой, сообщает пресс-служба прокуратуры Подмосковья.

Ранее Егорьевская городская прокуратура в ходе проверки выяснила, что в 2014 году местный житель Михаил Шляпников напечатал в типографии 20 000 аналогов денег, которым дал название "колионы". Банкноты номиналом 1, 3, 5, 10, 25, 50, 100 "колионов" предполагалось использовать для расчетов при совершении покупок.

Как ранее сообщалось, мужчина заявил надзорному органу, что изготовил собственный эквивалент денег для улучшения качества жизни в своей деревне. По его словам, один "колион" эквивалентен 50 российским рублям и является его личной долговой распиской как физического лица. Покупка с использованием "колионов" происходит следующим образом: человек обращается к Шляпникову для приобретения какого-либо товара с отложенным сроком, поскольку на момент совершения сделки он ему не нужен. Покупателю предлагаются "колионы" как долговая расписка, а впоследствии он может обменять денежный эквивалент на продукцию по ранее оговоренной цене. Возврат рублей за переданные "колионы" не производится, о чем клиент предупреждается заранее перед покупкой товара.

Прокуратура пришла к выводу, что изготовленные Шляпниковым "колионы" выполняют экономические функции, однако в отличие от денежных средств их выпуск не санкционировался государством, то есть носит самовольный характер. В связи с этим в Егорьевский городской суд был направлен иск об их запрете.

1 июля суд удовлетворил исковые требования прокуратуры в полном объеме, признал использование "колионов" незаконным и запретил их изготовление и оборот.

Напомним, в начале года Минфин России подготовил проект поправок в КоАП РФ, которыми устанавливаются штрафы за финансовые операции с денежными суррогатами, в том числе полностью запрещается популярная электронная валюта – биткоины (подробнее читайте в "Право.Ru" здесь).

http://pravo.ru/news/view/119926/

«К 60-ЛЕТИЮ СО ДНЯ СМЕРТИ: ЗНАЧЕНИЕ И.В.СТАЛИНА ДЛЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА»


«К 60-ЛЕТИЮ СО ДНЯ СМЕРТИ: ЗНАЧЕНИЕ И.В.СТАЛИНА ДЛЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА»




Михаил Делягин, Станислав Рыбас, Михаил Веллер, Андрей Фурсов, Юрий Болдырев, Анатолий Баранов

















РПЦ












Екклезиаст







Екклезиаст.
Стихотворное переложение: Герман Плисецкий

Плисецкий Герман. От Омара Хайама до Экклезиаста. Издательство: Фортуна Лимитед, 2001 г., 512 стр., 3000 экз.

Екклезиаст - название ветхозаветной библейской книги, которая помещается среди Соломоновых книг.






                1

Сказал Екклезиаст: всё-суета сует!
Всё временно, всё смертно в человеке.
От всех трудов под солнцем проку нет.
И лишь Земля незыблема во веки.
Проходит род - и вновь приходит род.
Круговращенью следуя в природе.
Закатом заменяется восход.
Глядишь: и снова солнце на восходе!
И ветер, обошедший все края,
То налетавший с севера, то с юга,
На круги возвращается своя,
Нет выхода из замкнутого круга.
В моря впадают реки, но полней
Вовек моря от этого не станут,
И реки, не наполнивши морей,
К истокам возвращаться не устанут.
Несовершенен всякий пересказ:
Он сокровенный смысл вещей нарушит.
Смотреть во веки не устанет глаз,
Вовеки слушать не устанут уши,
Что было прежде - то и будет впредь,
А то, что было, - человек забудет,
Покуда существует эта твердь,
Вовек под солнцем нового не будет.
Мне говорят: "Смотри, Екклезиаст:
Вот - новое!" Но то, что нынче ново,
В веках минувших тыщу раз до нас
Уже случалось - и случится снова.
Нет памяти о прошлом. Суждено
Всему, что было, полное забвенье.
И точно так же будет лишено
Воспоминаний ваше поколенье.

Мне выпало в Израиле царить.
Я дал зарок: познать людские страсти.
Всё взвесить. Слов пустых не говорить.
Задача - тяжелее царской власти.
Всё чередой прошло передо мной -
Блеск, нищета, величие, разруха.
И вот вам вывод мудрости земной:
Всё - суета сует, томленье духа!
Прямым вовек не станет путь планет.
Число светил доступно звездочету,
Но то, чего на свете нет,
Не поддается никакому счету.
И я сказал себе - ты стал велик
Благодаря познаньям обретённым.
Ты больше всех изведал и постиг,
И сердце твое стало умудрённым.
Ты предал сердце мудрости - и та
Насытила его до опьяненья.
Но понял ты: и это суета.
И это духа твоего томленье!
Под тяжестью познанья плечи горбь
У мудрости великой - вкус печали.
Кто множит знанья - умножают скорбь.
Зерно её заложено в начале.

               2

Сказал я сердцу: испытай себя
Не горестью, а участью благою,
Живи беспечно, душу веселя!
И это оказалось суетою.
О смехе я сказал: дурацкий смех!
О радости сказал я: что в ней проку?
Вино избрал я для своих утех
И жил, не торопясь избрать до сроку
Ни мудрости, ни глупости, пока
Не станет окончательно понятно:
Чья доля в жизни более приятна,
Чья участь - мудреца иль дурака?

Предпринял я великие труды.
Неисчислимы все мои свершенья:
Дворцы построил, насадил сады
И выкопал пруды для орошенья,
Взрастил лозу и тучные стада,
Из близлежащих областей и дальних
Танцоров и певцов собрал сюда
И множество орудий музыкальных,
Слуг, домочадцев, злата, серебра,
Каменьев - и в ларцах, и на одежде.
И больше было у меня добра,
Чем у других владык, бывавших прежде.
И не было таких земных утех,
Чтоб я сполна не насладился ими.
Умножил я богатства больше всех,
Царивших до меня в Ершалаиме.
Ни в чём я не отказывал глазам
И сердца не стеснял необходимым.
Но вот взглянул на всё, что сделал сам:
Всё оказалось суетой и дымом!

И в результате этого всего
Сравнил я мудрость и неразуменье,
Ум и безумье - ибо у кого
Есть больше матерьяла для сравненья?
И понял я, что мудрый пред глупцом
Имеет преимущество такое,
Как зрячий превосходство над слепцом
Или как яркий свет - над темнотою.
Но также понял, что один конец
И дураков, и мудрых ожидает.
Зачем же зря старается мудрец
И урожай познанья пожинает?
И это - суета! Забудут всех -
Глупцов и мудрых. Смерть не выбирает.
И добродетель высшая, и грех
Неисправимый - равно умирает.
И вот тогда вознелюбил я жизнь
И все свои труды на этом свете
Ни за одну опору не держись:
Всё это - суета, и дым, и ветер!

Возненавидел я плоды труда.
Зачем всё это восхвалять и славить,
Когда всё это временно, когда
Придётся всё наследнику оставить?
Кто знает: будет он дурак или мудрец?
Тем и другим положено рождаться.
Но всем, над чем всю жизнь его отец
Трудился, - будет он распоряжаться.
И я отрёкся от трудов своих
И сердцем своим суетным озлился:
Вся жизнь в трудах, всю душу вложишь в них,
И всё отдать тому, кто не трудился?
Что остаётся? Жалкая юдоль:
Труд бесконечный, скорбь и беспокойство,
И в сердце по ночам тупая боль?
Вот труженика суетное свойство!

Под этим солнцем смертному дано:
Трудиться, есть и пить. Не так уж много.
Вот всё твоё богатство, но оно
Не от тебя зависит, а от Бога.
Ты без Него не сможешь пить и есть.
А грешник - пусть богатства накопляет.
Всё суета! Накопленное здесь
Бог весть кому живущий оставляет.

               3

Есть время жить - и время умирать.
Всему свой срок. Всему приходит время.
Есть время сеять - время собирать.
Есть время несть - есть время сбросить бремя.
Есть время убирать - и врачевать,
Есть время разрушать - и время строить.
Сшивать - и рвать. Стяжать - и расточать.
Хранить молчанье - слова удостоить.
Всему свой срок. Терять и обретать.
Eсть время славословий и проклятий.
Всему свой час. Есть время обнимать -
И время уклоняться от объятий.
Есть время плакать - и пускаться в пляс.
И побивать каменьями кумира.
Есть час любви - и ненависти час.
И для войны есть время - и для мира.
Что проку человеку от труда!
Что пользы ото всех его свершений,
Которые Господь ему сюда
Послал для ежедневных упражнений!
Прекрасным создал этот мир Господь
Дал разум людям, но понятья не дал,
Чтоб человек, свою земную плоть
Преодолев, Его дела изведал.
И понял я, хоть это и старо,
Что лучшего придумать мы не можем
Трудиться. Есть и пить. Творить добро.
Я это называю Даром Божьим.
И понял я, что все Его дела
Бессмертны: ни прибавить - ни убавить.
И остается нам одна хвала,
И остается только Бога славить!
Что было прежде - то и будет впредь,
И прежде было - то, что завтра будет.
Бог призовет, когда наступит смерть,
И всех по справедливости рассудит.

А здесь я видел беззаконный суд.
Творят неправду, истины взыскуя.
Сказал себе я: Высший Суд - не тут.
Господь рассудит суету мирскую.

Дойди, Судья Всевышний, до основ,
Открой нам грубость истин подноготных:
Что нет у человеческих сынов
Существенных отличий от животных.
Судьба у человека и скота
Одна и та же, и одно дыханье.
Везде одна и та же суета,
Одной и той же жизни трепыханье.
Из праха Бог воззвал - и в прах поверг!
Все будем там. Попробуйте, проверьте,
Что наши души устремятся вверх,
А вниз - животных души после смерти.

Итак: живи и радуйся тому,
Что из твоих трудов под солнцем выйдет,
Поскольку из живущих никому
Не суждено грядущего увидеть.

               4

И посмотрел я, и увидел днесь:
Господство силы, тягость угнетенья,
Немилосердных властелинов спесь
И слёзы всех, лишённых уиешенья.
Почтил я мёртвых больше, чем живых,
Всех, кто под солнцем плакал и трудился.
Воистину, стократ счастливей их
Тот, кто на свет жестокий не родился.

Ещё я видел, что чужой успех
Рождает в людях зависть, озлобленье,
Что суета мирская - участь всех,
Что это - духа нашего томленье.
Дурак сидит - рукой не шевельнёт,
Своим бездельем вроде бы гордится.
Мысль о насущном хлебе - вечный гнёт.
Уж лучше нищим быть, чем суетиться!

Ещё я понял: плохо одному,
Несладко быть на свете одиноку.
К чему трудиться, если никому
От всех твоих усилий нету проку?
Труды, которым не видать конца,
Оправданы супружеством и братством,
А ежели нет сына у отца -
Не радуется глаз его богатствам.


Ведь если путник не один идёт -
Другой помочь споткнувшемуся может,
А если одинокий упадёт -
Никто ему подняться не поможет.
Двоим теплее, если вместе спят.
И в драке, где один не отобьётся,
Вполне возможно - двое устоят.
И скрученная нить не скоро рвётся.

Вот юноша безвестный, живший встарь:
Он денег не имел, но был при этом
Умней, чем старый неразумный царь,
Благим пренебрегающий советом.
И вышел из темницы тот юнец,
И заменил спесивого на троне,
И царский поднесли ему венец.
И воцарился в славе и законе!
А ведь слепые много лет подряд
В том юноше царя не узнавали.
Воистину, не знали, что творят!
Грядущие похвалят их едва ли...

Блюди себя, вступая в Божий Храм,
Не жертвы приноси, а слушай Бога,
Глупцов же, приносящих жертвы там,
Не надо осуждать за это строго.

             7

Запомни: имя доброе важней
Богатства, красоты, происхожденья.
А если надо выбирать из дней:
Кончины день - важнее дня рожденья.
Рыдания во время похорон
Отрадней смеха в блеске царских комнат,
Поскольку смертен человек - и он
Всегда в глубинах сердца это помнит.
Стенанья лучше смеха потому,
Что плачь древнее смеха, изначальней.
Плач - человеку врач. Нужней ему.
Тем чище сердце, чем лицо печальней.
Поэтому и сердце мудреца
На горе откликается, как эхо,
Тогда как сердце бедного глупца
Навеки поселилось в доме смеха.
Поэтому полезней для сердец
Разительное слово обличенья,
Которое произнесёт мудрец,
Чем дураков беспечных песнопенья.
А смех глупцов - словно фальшивый блеск:
Всегда он затмевает тех, кто плачет,
Как хвороста в костре весёлый треск:
Он суетен - и ничего не значит!
Тираном став, глупеет и мудрец.
Разврат для сердца - щедрое даренье.
Начало дела - хуже, чем конец.
Высокомерье - хуже, чем терпенье.
Предаться гневу сердцем не спеши -
В груди невежд озлобленность гнездится.
И вспоминать: "Как были хороши
Былые дни!" - лишь дуракам годится.
Премудрость лучше прочего добра
И беспримерно выгоднее людям.
Хиреет ум под сенью серебра.
Познанием питаясь - живы будем.
Смиренно на дела Творца гляди.
Кто из живущих выпрямит кривое?
Счастливый - счастлив будь. Несчастный - жди.
И то Господь устроил, и другое.

Я видел в жизни много дивных див:
Порок в чести, на праведных гоненье...
Не умствуй слишком и не будь правдив
Сверх меры - не вводи людей в смущенье.
Не буйствуй, не бесчинствуй. Жизни срок
Не сокращай безумием напрасным.
Всё исполняй, что заповедал Бог.
Будь сам собою. Будь с другим согласным.
Дарует мудрость людям больше сил,
Чем десяти властителей призывы.

Нет праведника, чтоб не согрешил.
И лучшие грешат, покуда живы.
Кто верит слову каждому - тот слаб.
Премудрость далеко не в каждом слове.
Когда злословит твой лукавый раб,
Смолчи и вспомни: ты и сам злословил.

Я всё познал, желая мудрым стать.
Но свет, как прежде, от меня далёко.
Я понял: бытия нельзя познать,
Нельзя постичь того, что так глубоко.
Хотел я доказать, что грех - нелеп.
Бесчестье и невежество - убоги.
Хотел провидцем быть, хотя был слеп.
И вот к чему пришёл мудрец в итоге:
Что горше смерти - женщины. Они
Для человека - кандалы и сети.
Но праведник избегнет западни,
А грешник угодит в тенета эти.
Печален вывод сердца моего,
Итог печален, не не преуменьшен:
Из тысячи мужчин лишь одного
Достойным счёл. И ни одной из женщин.
И в заключенье, вот, что я открыл:
Что мы на свет не грешными явились.
Бог человека правым сотворил.
А люди во все тяжкие пустились!

              
                12

Пока ты молод, помни о Творце.
Пока не наступили дни без свету,
Пока, мой сын, не возопишь в конце:
"Мне радости от этой жизни нету!"
Пока сияют солнце, и луна,
И звезды над твоею головою,
Пока не наступили времена,
Затянутые тучей дождевою;
Когда у сильных ослабеет плоть,
И стражники начнут всего бояться,
И перестанут мельники молоть,
И те, что смотрят в окна, омрачатся;
На мельницах замолкнут жернова,
Замкнутся двери в городах и сёлах,
И станет по ночам будить сова,
И смолкнут песни девушек весёлых;
Вершины станут путника страшить,
И ужас им в дороге овладеет,
И ослабеет в нем желанье жить,
И, как кузнечик, жизнь отяжелеет,
И горький зацветет миндаль кругом,
И помрачится мир, а это значит,
Что человек отходит в вечный дом,
И плакальщиц толпа его оплачет.
Пока крепка серебряная цепь,
Тяни ее, о жаждущих заботясь,
Пока цела колодезная крепь
И колесо не рухнуло в колодезь...
Земле и Богу человек отдаст
И плоть, и душу временные эти.
Всё суета сует, - сказал Экклезиаст. -
Всё суета сует на этом свете!

Экклезиаст не просто мудр. Он дал
Народу свод необходимых правил,
Он взвесил всё, изведал, испытал
И для живущих много притч составил,
Постичь стремился, чем земля жива,
И меру дать тому, что непомерно.
Я утверждаю: истины слова
Записаны Экклезиастом верно!
Подобны иглам речи мудрецов
Или гвоздям железным, вбитым насмерть.
У всех творцов неотразимых слов,
У проповедников - единый Пастырь!
Всё прочее, поверь словам отца, -
Излишество, не нужное для дела.
Писанье книг - занятье без конца,
Их чтенье - утомительно для тела.

Послушаем теперь всему итог:
Поступки совершая, Бога бойся,
Всё исполняй, что заповедал Бог,
А больше ни о чем не беспокойся.
Любое дело, что свершилось тут,
Постыдным оно было или славным,
Бог неизбежно призовет на Суд.
Всё тайное однажды станет явным!

Николай Карамзин

СОЛОМОНОВА МУДРОСТЬ, ИЛИ МЫСЛИ, ВЫБРАННЫЕ ИЗ ЭККЛЕЗИАСТА

Во цвете пылких, юных лет
Я нежной страстью услаждался;
Но ах! увял прелестный цвет,
Которым взор мой восхищался!
Осталась в сердце пустота,
И я сказал: «Любовь — мечта!»
Любил я пышность в летах зрелых,
Богатством, роскошью блистал;
Но вместо счастья, дней веселых,
Заботы, скуку обретал;
Простился в старости с мечтою
И назвал пышность суетою.
Искал я к истине пути,
Хотел узнать всему причину,—
Но нам ли таинств ключ найти,
Измерить мудрости пучину?
Все наши знания — мечта,
Вся наша мудрость — суета!
К чему нам служит власть, когда, ее имея,
Не властны мы себя счастливыми творить;
И сердца своего покоить не умея,
Возможем ли другим спокойствие дарить?
В чертогах кедровых, среди садов прекрасных,
В объятиях сирен, ко мне любовью страстных,
Томился и скучал я жизнию своей;
Нет счастья для души, когда оно не в ней.
Уныние мое казалось непонятно
Наперсникам, рабам: я вкус свой притупил,
Излишней негою все чувства изнурил —
Не нужное для нас бывает ли приятно?
Старался я узнать людей;
Узнал — и в горести своей
Оплакал жребий их ужасный.
Сердца их злобны — и несчастны;
Они враги врагам своим,
Враги друзьям, себе самим.
Там бедный проливает слезы,
В суде невинный осужден,
Глупец уважен и почтен;
Злодей находит в жизни розы,
Для добрых терние растет,
Темницей кажется им свет.
Смотри: неверная смеется —
Любовник горестью сражен:
Она другому отдается,
Который ею восхищен;
Но скоро клятву он забудет,
И скоро... сам обманут будет.
Ехидны зависти везде, везде шипят;
Достоинство, талант и труд без награжденья.
Творите ли добро — вам люди зло творят.
От каменных сердец не ждите сожаленья.
Злословие свой яд на имя мудрых льет;
Не судит ни об ком рассудок беспристрастный,
Лишь страсти говорят.— Кто в роскоши живет,
Не знает и того, что в свете есть несчастный.
Но он несчастлив сам, не зная отчего;
Желает получить, имеет и скучает;
Желает нового — и только что желает.
Он враг наследнику, наследник враг его.
По грозной влаге Океана
Мы все плывем на корабле
Во мраке бури и тумана;
Плывем, спешим пристать к земле —
Но ветр ярится с новой силой,
И море... служит нам могилой.
Умы людей ослеплены.
Что предков наших обольщало,
Тем самым мы обольщены;
Ученье их для нас пропало,
И наше также пропадет —
Потомков та же участь ждет.
Ничто не ново под луною:
Что есть, то было, будет ввек.
И прежде кровь лилась рекою,
И прежде плакал человек,
И прежде был он жертвой рока,
Надежды, слабости, порока.
И царь и раб его, безумец и мудрец,
Невинная душа, преступник, изверг злобы,
Исчезнут все как тень — и всем один конец:
На всех грозится смерть, для всех отверсты гробы.
Для тигра, агницы сей луг равно цветет,
Равно питает их. Несчастных притеснитель
Покоится в земле, как бедных утешитель;
На хладном гробе их единый мох растет.
Гордися славою, великими делами
И памятники строй: что пользы? ты забыт,
Как скоро нет тебя, народом и друзьями;
Могилы твоея никто не посетит.
Как жизнь для смертного мятежна!
И мы еще желаем жить!
Как власть и слава ненадежна!
И мы хотим мечтам служить,
Любить, чего любить не должно,
Искать, чего найти не можно!
Несчастный, слабый человек!
Ты жизнь проводишь в огорченьи
И кончишь дни свои в мученьи.
Ах! лучше не родиться ввек,
Чем в жизни каждый миг терзаться
И смерти каждый миг бояться!
Ничтожество! ты благо нам;
Ты лучше капли наслаждений
И моря страшных огорчений;
Ты друг чувствительным сердцам,
Всегда надеждой обольщенным,
Всегда тоскою изнуренным!
Что нас за гробом ждет, не знает и мудрец.
Могила, тление всему ли есть конец?
Угаснет ли душа с разрушенным покровом,
На небо ль воспарив, жить будет в теле новом?
Сей тайны из людей никто не разрешил.
И червя произвел творец непостижимый;
Животные и мы его рукой хранимы;
Им так же, как и нам, он чувство сообщил.
Подобно нам, они родятся, умирают.
Где будет их душа? где будет и твоя,
О бренный человек? В них чувства исчезают,
Исчезнут и во мне, увы! что ж буду я?
Но кто из смертных рассуждает?
Скупец богатство собирает,
Как будто ввек ему здесь жить;
Пловцы сражаются с волнами,—
Зачем? чтоб Тирскими коврами
Глаза роскошного прельстить.
Пред мощным слабость трепетала;
Он гром держал в своих руках:
Чело скрывая в облаках,
Гремел, разил — земля пылала —
Но меркнет свет в его очах,
И бог земный... падет во прах.
Как розы юные прелестны!
И как прелестна красота!
Но что же есть она? мечта,
Темнеет цвет ее небесный,
Минута — и прекрасной нет!
Вздохнув, любовник прочь идет.
Так всё проходит здесь — и скоро глас приятный
Умолкнет навсегда для слуха моего;
Свирели, звуки арф ему не будут внятны;
Застынет в жилах кровь от хлада своего.
Исчезнут для меня все прелести земные;
Ливанское вино престанет вкусу льстить;
Преклонится от лет слабеющая выя,
И томною ногой я должен в гроб ступить.
Подруги нежные, которых ласки были
Блаженством дней моих! простите навсегда!
Уже судьбы меня с любовью разлучили;
Весна не расцветет для старца никогда.
А ты, о юноша прелестный!
Спеши цветы весною рвать
И время жизни, дар небесный,
Умей в забавах провождать;
Забава есть твоя стихия;
Улыбка красит дни младые.
За чашей светлого вина
Беседуй с умными мужами;
Когда же тихая луна
Явится на небе с звездами,
Спеши к возлюбленной своей —
Забудь... на время мудрость с ней.
Люби!.. но будь во всем умерен;
Пол нежный часто нам неверен;
Любя, умей и разлюбить.
Привычки, склонности и страсти
У мудрых должны быть во власти:
Не мудрым цепи их носить.
Нам всё употреблять для счастия возможно,
Во зло употреблять не должно ничего;
Спокойно разбирай, что истинно, что ложно:
Спокойствие души зависит от сего.
Сам бог тебе велит приятным наслаждаться,
Но помнить своего великого творца:
Он нежный вам отец, о нежные сердца!
Как сладостно ему во всем повиноваться!
Как сладостно пред ним и плакать и вздыхать!
Он любит в горести несчастных утешать,
И солнечным лучом их слезы осушает,
Прохладным ветерком их сердце освежает.
Не будь ни в чем излишне строг;
Щади безумцев горделивых,
Щади невежд самолюбивых;
Без гнева обличай порок:
Добро всегда собой прекрасно,
А зло и гнусно и ужасно.
Прощая слабости другим,
Ты будешь слабыми любим,
Любовь же есть святой учитель.
И кто не падал никогда?
Мудрец, народов просветитель,
Бывал ли мудр и тверд всегда?
В каких странах благословенных
Сияет вечно солнца луч
И где не видим бурных туч,
Огнями молний воспаленных?
Ах! самый лучший из людей
Бывал игралищем страстей.
Не только для благих, будь добр и для коварных,
Подобно как творец на всех дары лиет.
Прекрасно другом быть сердец неблагодарных!
Награды никогда великий муж не ждет.
Награда для него есть совесть, дух покойный.
(Безумие и злость всегда враги уму:
Внимания его их стрелы недостойны;
Он ими не язвим: премудрость щит ему.)
Сияют перед ним бессмертия светилы;
Божественный огонь блестит в его очах.
Ему не страшен вид отверстыя могилы:
Он телом на земле, но сердцем в небесах.